«Художественный образ в картине постоянно изменяется с изменением человеческой культуры; он всегда свободен, не сдерживается никакими рамками и канонами, в нем действует всегда колеблющаяся неустойчивость душевного настроения. Картиной мы любуемся и наслаждаемся или отвергаем и критикуем. Иконе мы поклоняемся и служим, в ней господствует устойчивость духовного устроения, а не случайность настроения».

— Монахиня Иулиания.
Загружается...
Вы здесь:  Главная  >  Дайджест  >  Текущая запись

Батальные сцены в памятниках иконографии

07.09.2017

Наша брань не против крови и плоти…

(Еф. 6:12)

Война… Наверное, нет на свете человека, которого это слово оставило бы равнодушным. Война — явление, противное человеческой природе, но в то же время неотъемлемо сопутствующее всей истории человечества. В Библии содержится множество упоминаний о разного рода боевых действиях: после грехопадения люди воюют постоянно. «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви» называют войну физическим проявлением скрытого духовного недуга человечества — братоубийственной ненависти (Быт. 4:3–12). Православная традиция, рассматривая войну как объективно существующее зло, допускает участие в военных действиях, когда речь идет о защите ближних или восстановлении попранной справедливости. Слова Христа: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 15:13) относятся именно к тем, кто участвует в военных действиях ради защиты жизни и безопасности своих ближних.

Церковь знает множество святых воинов — их мужество явлено было и на поле брани, и — главное! — в исповедании веры Христовой даже до смерти. Церковь прославила их не за подвиги воинские, но за стояние в вере. Именно этим объясняется то, что Священное Предание много и подробно говорит о мученических подвигах воинов-христиан, почти обходя молчанием их профессиональную деятельность.

Но в иконографии все же есть примеры батальных сцен. В нашей заметке речь пойдет о наиболее характерных примерах того, как изображались боевые действия в христианском искусстве.

Изображения святых воинов-мучеников известны с раннехристианских времен. Облик их вполне узнаваем: устоявшийся иконографический канон известен по множеству памятников. Прежде обратим внимание на их экипировку. Апостол Павел — человек не военный, говоря о спасении, часто приводит образные примеры из воинского обихода: Приимите всеоружие Божие, дабы вы могли противостать в день злый и, все преодолев, устоять; а паче всего возьмите щит веры, которым возможете угасить все раскаленные стрелы лукавого; и шлем спасения возьмите, и меч духовный, который есть Слово Божие (Еф. 6:13, 16, 17).

Одно из ранних изображений, где это показано в деталях, — мозаичное изображение (середины VI в.) императора Юстиниана в церкви Сан-Витале в Равенне. Изображение прижизненное, но император изображен уже с нимбом. Его окружение — придворные и воины — это еще не святые, но верные слуги, готовые исполнить свой долг, защищая царя.

Рядом с императором стоят безбородые молодые люди атлетического сложения и два военачальника в белых хламидах с нашивками на правом плече и тавлионами — ромбовидными темно-пурпурными полосами ткани, напоминающими набедренник из священнического облачения. Юные воины изображены в античной традиции, а детали их доспехов и вооружения дают точное представление о том, как выглядели воины в те времена. А как они воевали?

Надо сказать, что изображений воинов в батальных сценах, относящихся к раннехристианским временам, известно немало, но они не относятся к христианскому искусству. Так, в синагоге Дура-Европос (Сирия, сер. III в.) есть ряд батальных сцен. Интересно, что на фресках фигуры главных библейских героев (Моисей, Иаков, Иосиф) изображены в греческих одеждах, израильские воины одеты в римские доспехи, а в сценах битв евреев с филистимлянами или на изображениях цариц (Есфирь, дочь фараона) герои одеты в парфянские одежды. Но изображение Ковчега Завета, одежд первосвященника Аарона, а также еврейских религиозных атрибутов очень точное.

Изображения батальных сцен довольно часто встречались и в искусстве древнего мира. Древнегреческие росписи и рельефы на античных храмах описывают доблесть героев древних мифов; римские триумфальные арки запечатлели завоевательные походы римских императоров. Известна «Битва Александра Македонского с Дарием» из Помпей, копия древнегреческой мозаики 4–3 вв. до Р. Х.

Западнохристианское искусство унаследовало батальную тематику античности: батальные сцены изображали на гобеленах и коврах (ковер из Байё, Франция, XI в.), а также в книжных миниатюрах. Готические иллюминированные рукописи содержат немало миниатюр с батальными сценами, причем эти сцены ничуть не менялись от того, что в них действовали библейские персонажи или рыцари Круглого стола.

Расцвет батального жанра на Западе относится к эпохе Возрождения. Оживляется интерес к истории; художники стремятся прославить величие воинских подвигов, показать ожесточение схватки; это становилось главной целью художника, которую он успешно достигал. Например, серия огромных картин Паоло Уччелло, посвященных битве при Сан Романо, написанных в середине XV в., с большой достоверностью передает подробности битвы. Воины флорентийского герцога Медичи яростно сражаются с войском Сиены; кони, люди, оружие изображены блестяще… Картины, написанные в иконописной технике — темперой на дереве, находятся в Лондонской национальной галерее, Галерее Уффици (Флоренция) и Лувре. Еще одной успешной битве флорентийцев — битве при Анджарии — посвятил свой знаменитый эскиз (сделанный для росписи зала Большого совета дворца Синьории во Флоренции) Леонардо да Винчи. Таких блестящих работ можно назвать множество. Батальный жанр в XVIII в. перекочует и в Россию, где появится немало талантливых баталистов.

Византийское искусство также не отказывалось от батальных сцен, но освещались они несколько иначе. Перед художником стояли иные задачи: надо было показать духовный смысл происходящих событий. Первые изображения собственно батальных сцен в восточнохристианском искусстве известны по миниатюрам лицевых рукописей.

В Национальной библиотеке в Мадриде хранится иллюминированная византийская рукопись «Хроника Иоанна Скилицы» третьей четверти XII в. «История византийских императоров в Константинополе с 811 по 1057 гг., написанная куропалатом Иоанном Скилицей» — так называется этот потрясающий памятник книжного искусства — содержит 574 миниатюры. Мадридская рукопись считается одним из наиболее значительных памятников византийской исторической миниатюры. Лаконичные, но очень выразительные миниатюры по экспрессии не уступают трехметровым картинам Уччелло, а по содержащейся в них информации иногда и превосходят.

На одной из миниатюр изображен эпизод взятия штурмом Веррии. Император Никифор Фока был известен как храбрый и умелый полководец, успешно воевавший с арабами. На миниатюре показаны и кавалерийская атака, и затворившиеся в крепости арабы, и поднимающиеся по штурмовым лестницам греки.

Воевать Византии приходилось постоянно — кто только ни нападал! Достаточно сказать, что взятие Веррии Никифором Фокой — это время походов в Константинополь нашего великого князя Святослава. Надо отметить, что в храмовой росписи Каппадокии и на Балканах святые воины-мученики представлены весьма широко — это фрески середины XII в. церкви св. Пантелеимона в Нерези (Македония), Св. Троицы в Сопочанах (Сербия), конца XII в. церкви Богоматери Перивлепты в Охриде (Македония) и многие другие. Святые воины воспринимались как столпы Церкви и занимали в росписи самые видные места. Но батальных сцен на иконах и в храмовой росписи, в отличие от книжной миниатюры, в этот период не изображали.

Один из замечательных памятников книжного искусства — это т. н. Псалтирь Томича — находящаяся в собрании Государственного исторического музея болгарская лицевая Псалтирь середины XIV в. Книга была найдена в Македонии в 1901—1902 гг. сербским ученым С. Н. Томичем и поступила от него в ГИМ в Москве. Это одна их трех дошедших до нас роскошных лицевых рукописей эпохи царя Иоанна Александра (царствовал в 1331—1371 гг.). За сорок лет правления каких только военных действий не было! Нередки были вооруженные конфликты с сербами, нападали венгры, итальянцы, турки-османы… Феодальное дробление балканских народов достигло крайней степени и открыло путь малоазиатскому нашествию. Но культура Балкан при этом оставалась единой.

Вот миниатюра, иллюстрирующая сожжение сирийского города и поражение Иоавом эдомлян (идумеев). Это иллюстрация к Пс. 59:3. Слева — горящий город, около него пять воинов наблюдают пожар; справа на фоне гор Иоав пять воинов преследуют эдомлян. Заглавие: «Псалом… Давиду, егда запали Средоречие сирийское и Сирию Соваль и възвратися Iоав и порази Эдома». Пс. 59:3 Боже, отринул ны еси и разрушил ны еси…

Следующая миниатюра — Осада Иерусалима. Посредине находится храм-ротонда с полусферическим куполом. Слева нападают конные воины, справа стремглав падают трупы невооруженных людей, ворон и дикие звери пожирают их. Это иллюстрация к Пс. 78:1–2Боже, приидоша языцы в достояние Твое и оскверниша церковь святую Твою, положиша Иерусалима яко овощное хранилище… трупия раб Твоих брашна птицам небесным, плъти преподобных Твоих зверем земным. Здесь показаны те ужасы войны, которых мы не встретим в произведениях западноевропейских батальных живописцев. Не будет преувеличением считать, что для православной традиции характерна такая трактовка батальных сцен, где ненавязчиво дается нравственная оценка изображенных в миниатюрах исторических событий.

Такая нравственная оценка совершенно очевидна в новых иконографических сюжетах, связанных с конкретными историческими событиями — как правило, чудесной помощью свыше. Первым таким историческим сюжетом в иконографии, связанным с военными действиями, стало совершившееся в Новгороде в XII в. чудо от иконы Божией Матери «Знамение». Произошло оно во время неудачного похода дружины князя Андрея Боголюбского на Новгород в 1169/70 г. Празднование в честь этого чуда совершается 27 ноября. В XIV в. было составлено «Сказание о чуде, вошедшее в новгородские и московские летописные своды». Рассказать о нем следует подробнее.

Икона Знамения находилась за престолом в церкви Спаса Преображения на Ильине улице. В третью ночь осады города Новгородский архиепископ Иоанн, молившийся перед иконой Спасителя, услышал голос, исходящий от образа: «Иди в церковь святого Спаса на Ильину улицу, и возьми икону Святую Богородицу, и вынеси в острог противу супостат». Икону вынесли на городские укрепления, «иде же ныне монастырь Святыя Богородицы на Десятине».

Стрелы, пущенные суздальцами, «яко дождь умножен», попали и в икону. Икона Богородицы сама повернулась ликом к городу, и новгородцы с ужасом увидели, как из полученных ран истекли кровавые слезы.

В эти мгновения нападавших суздальцев покрыла тьма, объяли «трепет и ужасть», и они стали избивать друг друга. В память чудесной победы архиепископ Иоанн установил праздник. В середине XV в. Пахомий Серб составил «Воспоминание о знамении», церковную «Службу знамению» и «Слово похвальное знамению». Позже Сказание вошло в Житие святителя Иоанна Новгородского. В 1356 г. икона была перенесена в специально построенную для нее каменную церковь в честь Знамения Пресвятой Богородицы, а в XVII в. в честь иконы был возведен большой каменный собор.

В 1999 г. чудотворный образ, хранившийся в годы безбожия в Нижегородском музее-заповеднике, был передан Церкви и поставлен в соборе Святой Софии в Великом Новгороде — на солее перед иконостасом слева от царских врат в стеклянном киоте.

«Чудо от иконы Богоматери Знамение», широко известная также как «Битва новгородцев с суздальцами» — икона середины XV в. из Новгородского музея-заповедника.

Икона Богоматери «Знамение» с изображением битвы новгородцев с суздальцами первой половины XVIII в., происходящая из Свято-ТроицкогоНово-Голутвина монастыря, ныне находится в Государственном музее-заповеднике «Коломенское». В клеймах иллюстрируется текст «Сказания о чудесном спасении Новгорода» в 1170 г. от нападения суздальцев благодаря заступничеству Богоматери. В клеймах последовательно изображено, как Новгородский архиепископ Иоанн берет икону «Знамения» из церкви Спаса Преображения на Ильине улице; суздальцы обстреливают икону; Богоматерь плачет кровавыми слезами… в 13-м и 14-м клеймах изображен новгородский князь Роман, победитель суздальцев, он имеет портретное сходство с Петром Первым и даже одет в воинскую форму петровской эпохи. Икона была написана в период Северной войны со шведами. На одном из клейм изображено строительство оборонительных сооружений вокруг Новгорода (их строили и во время Северной войны).

Но вернемся к книжной миниатюре — неисчерпаемой кладовой батальных сцен. Здесь следует назвать Лицевой летописный свод Ивана Грозного, именуемый также Царь-книгой, — этот десятитомный свод событий мировой и особенно русской истории от сотворения мира до 1567 г. был создан в 40-60-х гг. XVI в. специально для царской библиотеки в единственном экземпляре. В Своде 16 тысяч миниатюр. Около 1575 г. уже подготовленный текст Свода по указанию Ивана Грозного был подвергнут существенной переработке в той своей части, которая содержала описание его царствования, т. е. с 1533 по 1568 гг.

В приписках, сделанных неизвестным редактором на полях рукописи, содержались, в частности, обвинения против лиц, казненных или репрессированных во время опричнины. Работа над Лицевым сводом завершена не была — миниатюры последней части выполнены лишь в чернильном очерке, но не раскрашены.

Единственный оригинальный экземпляр Свода хранится раздельно, в трех местах: в Государственном историческом музее (тт. 1, 9, 10), в Библиотеке РАН (тт. 2, 6, 7) и в Российской национальной библиотеке (тт. 3, 4, 5, 8).

Вот миниатюра из Лицевого свода — Куликовская битва. Миниатюра изображает узловой эпизод исторического события — видение ратника Фомы Кацыбея: святые Борис и Глеб скачут на помощь «сроднику своему Александру».

Надо сказать, что традиции русской рукописной книги оказались весьма устойчивыми.

В ГИМе хранятся десятки списков XVIII—XIX вв. т.н. «Жития Петра Великого», составленного одним из первых биографов императора, Петром Никифоровичем Крекшиным, лично знавшим царя и с разрешения императрицы Елисаветы Петровны основательно поработавшим в его личном архиве. Историки (Татищев, Соловьев), правда, к его работе относятся с пренебрежением и серьезной ее не считают; это не историческое сочинение, но собрание многочисленных фактов из жизни Петра, снабженное многочисленными иллюстрациями. Для нас труд Крекшина представляет интерес именно как собрание интересного иллюстративного материала.

На первой миниатюре изображен поход князя Василия Васильевича Голицына в 1687 г. против Крымского ханства. На другой миниатюре — Второй Азовский поход 1696 г. — взятие крепости Азов.

Еще одна иллюминированная рукопись петровской эпохи — Лицевое Житие преподобного Сергия Радонежского конца XVII в. — хранится в Санкт-Петербургской библиотеке АН (собрание Петра I); она принадлежала царевне Наталье Алексеевне. В центре композиции — св. великий князь Димитрий Донской «и все воинство его». Над миниатюрой приведены слова молитвы, с которой, изыдоша противу поганых, начал битву великий князь: «Боже Великий, сотворивый небо и землю, Помощник мне буди на противники святому имени Твоему…»

В заключение приведем еще одно замечательное изображение — клеймо житийной иконы великомученика Димитрия Солунского. Это единоборство мученика Нестора с гладиатором Лием. Икона Святого Димитрия «в житии» датируется первой половиной XVI в. и хранится в Нижегородском художественном музее. Юный Нестор, укрепляемый благословением своего учителя Димитрия, сумел «Лиеву низложить гордыню» — победить в единоборстве злобного и безжалостного германца.

В этом видится отличительная особенность православной иконографии батальных сцен — они, как правило, назидательны, смысл их можно изложить крылатой фразой, принадлежащей одному из великих святых земли Русской: «Не в силе Бог, а в правде».

Епископ Балашихинский Николай

Литература и источники:

Кондаков Н. П. Иконография Богоматери. 1915. Т. 2. С. 193–196.
Лазарев В. Н. История византийской живописи. Т. 1–2. М., 1986.
Мокрeцoва И. П. Иконография миниатюр // Французская книжная миниатюра в советских собраниях 1270–1300. М., 1984.
Подобедова О. И. Миниатюры русских исторических рукописей. К истории русского лицевого летописания. М., 1965.
Подобедова О. И. Московская школа живописи при Иване IV. М., 1972.
Полякова О. А. Шедевры русской иконописи XVI–XIX веков. Государственный музей-заповедник«Коломенское». М., 1999.
Саенкова Е.М., Герасименко Н. В. Иконы святых воинов. Образы небесных защитников в византийском, болгарском и древнерусском искусстве. М., 2008.
Святая Русь. Шедевры русского искусства IX–XIX веков. [Каталог выставки] Государственная Третьяковская галерея. М., 2011.
Смирнова Э. С. Новгородская икона «Богоматерь Знамение»: Некоторые вопросы Богородичной иконографии XII в. // Древнерусское искусство: Балканы. Русь. СПб., 1995. С. 288–310.
Шульгина Э.В. К истории иллюстрированной рукописи жития Петра Первого, сочинения Петра Крекшина. — Хризограф. Сборник статей к юбилею Г. З. Быковой. М., 2003.
Щепкина М. В. Болгарская миниатюра XIV века. Исследование Псалтыри Томича. М., 1963.
Grabar A., Manoussacas M. L’Illustration du Manuscrit de Skylitzès de la Bibliothèque Nationale de Madrid. Venise, 1979.

Источник: http://www.mepar.ru/library/vedomosti/63/1270/

  • Опубликовано: 3 месяца тому назад 07.09.2017
  • Рубрика: Дайджест