«Тот образ, который пишется с благоговением, впитывает от благоговейного иконописца Благодать Божию и передаёт людям вечное утешение. Иконописец «перерисовывает», переводит себя на ту икону, которую он пишет, поэтому его душевное состояние имеет большое значение. «…»Иконы проповедуют и проповедуют веками. И когда кто-то, например, человек, которому больно, бросает взгляд на икону Христа или Божией Матери, то получает утешение»

— прп. Паисий Святогорец
Загружается...
Вы здесь:  Главная  >  Публикации  >  Текущая запись

Мастер-классы в Италии

21.10.2014

Стальнов Александр Васильевич. Мастер-классы в Италии

Стальнов Александр Васильевич – один из ведущих иконописцев Санкт-Петербурга. Преподаватель иконописи в Иконописном отделении при СПбПДА. Один из создателей иконописной мастерской в честь святого Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова. Проводит курсы для Итальянских иконописцев, в 2007 году стал лауреатом интернациональной премии по культуре за преподавательскую деятельность в Италии. В 2012 году награжден медалью преподобного Андрея Рублева за преподавательскую деятельность при СПбДА. 

— Александр Васильевич, расскажите, как и когда Вы впервые попали в Италию?

— В первый раз я приехал в Италию в 1991 году по приглашению центра Russia Cristiana –«Христианская Россия». Это центр, который занимается издательской деятельностью и изучением русской православной культуры. Он находится в маленьком городке Seriate, около Bergamo . В то время я преподавал в иконописном кружке при Санкт-Петербургской Духовной Академии. Кроме того, у нас была мастерская на 4-м этаже семинарии, там, где мужское общежитие. Центр в Сериате был на тот момент самым известным в Италии среди других, занимавшихся подобной деятельностью. Возглавлял центр о. Роман Скальфи, который и сегодня в свои 9О лет является его руководителем В этом центре тогда преподавали: А.Н. Овчинников, руководитель реставрационного Центра И. Грабаря в Москве, он преподавал иконописание, отец Игорь Сендлер, а также и другие. В Сериате (школа получила название по месту, где находится) старались расширять свою деятельность и приглашали искусствоведов, книгоиздателей и преподавателей иконописи. Тогда приехал и я, жил там некоторое время, знакомился с тем, как они проводят иконописные курсы, и написал для них икону. 

— А как именно они узнали о Вас как о преподавателе иконописи? 

— Представители Сериате приезжали в Санкт-Петербург, интересовались иконописанием и налаживали связи с иконописцами и возможными преподавателями,иконописания. В то время был довольно большой интерес к иконописью. Из разных стран приезжали представители разных конфессий – и православные, и католики, и протестанты. Интересовались самой Духовной школой, привозили гуманитарную помощь, так как время было тяжелое. И вот тогда представители Сериате познакомились с о. Александром (Федоровым), который уже возглавлял иконописный класс при Духовной Академии. После него в Италию поехал и я, не помню, почему именно я, может, потому, что уже преподавал…. 

Когда я приехал в Италию в первый раз, меня поразило обилие культурных артефактов на один квадратный метр этой страны. Невероятно мощная концентрация культурного наследия. Мне было очень интересно, тем более, что я довольно долго изучал историю итальянского искусства, да и, надо сказать, что, начиная с 18-го века, русская живописная традиция тесно связана с Италией. Достаточно заглянуть в Русский Музей. Интересно, что под жирным слоем искусства эпохи Ренессанса, с которым чаще всего связывают итальянское искусство, находится очень мощный пласт романского и византийского искусства. Для тех, кто интересуется традиционным православным искусством, это очень ценно. К сожалению, Западная Церковь не восприняла решения 7-го Вселенского Собора, и искусство на Западе стало развиваться по пути индивидуализма. Живопись в храме там означает личный взгляд художника на Священную историю, иногда очень талантливый, но всегда индивидуальный. 

Католическая Церковь не знает (даже до сегодняшнего дня) иконопочитания, не смотря на то, что решения 7-го Вселенского собора формально приняты. Западный человек не понимает, почему он должен выражать свое почитание, кланяясь и целуя произведение искусства, каковым для него является икона. Для православного человека икона является образом, который благодаря верности традиции восходит к своему первообразу (прототипу), и таким образом выражая свое почитание иконе, он выражает его персоне на ней изображенной. К сожалению, традиция православной иконы, в силу исторических обстоятельств и внешнего давления, в Русской православной Церкви в 18-м веке была прервана, и живопись в Церкви стала развиваться по католическому образцу с постоянной оглядкой на современное западное искусство. Поэтому для нас, современных иконописцев, трудно переоценить важность знакомства с образцами традиционной православной живописи. 

— Итак, начиная с 1991 года, Вы стали ездить в Италию? 

— В 1992 году школа «Seriate» попросила организовать у нас в Духовной Академии курсы в рамках знакомства с нашей школой. Студенты из Италии приехали большой группой из 22 –х человек и жили в семинарии. Стояло лето, и семинария пустовала. 

— Это был мастер-класс для итальянцев? 

— Да, именно так. История моей работы в Италии началась как раз в этот год и здесь, но связана она с другим человеком. В Санкт-Петербург независимо от школы Seriate приехал на стажировку по русскому языку итальянец Джанкарло Пеллегрини. Сейчас он известный итальянский иконописец, мастер, который пишет книги по иконописи, читает много курсов и лекций. Тогда, приехав в Санкт-Петербург, он где-то прочитал о группе из Seriate, которая приехала на курс иконописи в Духовную Академию и Семинарию. Придя в Академию, он познакомился со мной и пригласил меня приехать в город Болонью, чтобы провести курс для существующей у них Ассоциации людей, интересующихся русской культурой и, в частности, иконописью. С 1993 года я начал проводить курсы в рамках этой Ассоциации. Тогда это была молодая организация, объединяющая людей с разных концов Италии. Эта Ассоциация была совсем иной, нежели Russia Cristiana в городе Сeриатe, организованным, структурированным и финансируемым центром, являющимся частью Comunione е Liberazione — харизматического движения, возникшего в Католической церкви Милана в 50-х годах. Эта же Ассоциация представляла собой действительно свободное объединение людей, интересующихся традиционной православной иконописью. 

Александр Васильевич Стальнов с группой учеников пишет иконостас для Православной церкви в городе Падуе.
Бенедиктинский монастырь Пралья, 1997 год.

— Значит, в Seriate Вы больше не ездили? 

— Как преподаватель, нет. Но я заезжал к ним в гости. Видимо, они ревниво относятся к тем, кого приглашают, и следят за их сотрудничеством с другими. В центре Сериате ведут очень активную деятельность, они публикуют и переводят много литературы, связанной с Православной церковью, выпускают журнал «Новая Европа» и календари. Но сейчас уже существует ряд других таких центров, он не единственный. 

— В каком формате Вы преподаете в Болонье? 

— Я провожу мастер-классы, лекции, семинары, курсы. Довольно разные форматы. Бывают и теоретические лекции, но, в основном,- практические занятия для совершенствования техники. Вот недавно я проводил семинар для преподавателей, где каждый мог усовершенствовать свое мастерство. 

— Какую технику письма Вы преподаете? 

— Ну как, какую? Православную, византийскую, русскую! Итальянцев больше всего интересует русское письмо, больше нравится русская икона, а не греческая. Нужно отметить, что они видят в ней воплощение идеальной иконописи, не отягощенной классическим искусством. Ренессанс — как возрождение классической живописи, а с ней и языческой культуры – активно в свое время «прошелся» по Италии, создав некий культ. Говоря о Ренессансе, теперь представляют Италию. И поскольку люди, которые интересуются иконописью, прежде всего, интересуются средневековым каноническим искусством, которое составляет часть Предания (традиции) Православной Церкви, то для них эта классическая культура менее интересна, а греческая икона содержит в себе в значительной степени корни этой классической культуры. Поэтому для итальянцев более интересна именно русская икона. 

— Каких известных преподавателей иконописи в Италии Вы знаете? 

— Джанкарло Пеллегрини, Паоло Орландо, Фабио Нонес, Джованни Раффа, Луизиана Гарау… Есть довольно известные иконописцы, которые проводят свои курсы, ведут активную просветительскую деятельность. 

Самые известные итальянские иконописцы.
Слева на право: Antonio Buongiorno, Giuseppe Matta, Александр Стальнов, Fabio Nones,
Paolo Orlando, Enrico Bertaboni, Giovanni Mezzalira.
Все учились у Александра Васильевича Стальнова, кроме Фабио Нонеса

— Эта организация в Болонье существует как иконописная школа или это разовые курсы? 

— Некоторые центры, ассоциации, существуют как школы. Иногда они организуют длительные курсы в семинариях. Но это не школы, в нашем понимании, это центры, которые проводят несколько раз в течение года некие курсы. Занимаются они этим много лет. В начале года объявляют свою программу – серии курсов, исследований, лекции, семинары и другое. Участвует любой, кто заинтересован и хочет повысить свою квалификацию в той или иной сфере деятельности, связанной с иконописью. 

— Существует такое мнение, что русским художникам легче преподавать за границей, чем в России. Ученики–итальянцы отличаются своими результатами, интересом к иконописи, возможно, своим отношением к учению от учеников в России? С кем Вам легче работать? 

— Хороший вопрос. Понимаете, учащиеся за границей более мотивированы что ли. Здесь многие приходят в школу, но они не умеют учиться — и в этом разница. Это то, что я студентам иконописного отделения говорил еще на первом курсе. Если вы хотите научиться иконописи — это нужно делать активно, ставить себе задачи и на каждом этапе пытаться добиться наилучших результатов, стараться действительно научиться, а не получить хорошую отметку. Я могу помочь и подсказать учащемуся, могу, надеюсь, как-то заинтересовать вас, прежде всего потому, что мне самому это очень интересно. Но я не могу заставить вас учиться — это не моя задача и не мой подход — «пинать» вас. Тем более, преподавая в разных форматах, я часто вижу людей мотивированных и точно знаю, что они хотят научиться иконописи. Некоторые итальянцы, например, приходят заниматься в 8.00 утра и в 22.00 – 23.00 вечера уходят, то есть работают весь день. Курс действительно интенсивный, продолжается 10 дней, и работают они как «стахановцы». Или, например, институт Репина (монументалка), студенты, чтобы добиться результатов, работают очень много, но у них есть желание и привычка работать, там высокие требования и серьезный отбор. В нашей иконописной школе отбор намного легче. Учащиеся привыкли, что от них постоянно кто-то что-то требует – то родители, то в школе. Ведь в основном у нас молодежь поступает. А когда этого внешнего напора нет, то нет и работы. Здесь понятно – режим, дисциплина, но внутренняя мотивация нередко присутствует в меньшей степени чем, скажем, на курсах. Там идут учиться в основном люди более старшего возраста, и они знают, чего хотят и зачем они сюда пришли. А здесь, конечно, школьный учебный процесс другой. Тот человек, который имеет внутренний стимул и заинтересованность, здесь всегда получит больше, но и трудиться должен больше. 

— Значит, результаты работы у итальянцев лучше? 

— У нас ситуация лучше! Иностранцы мечтают о такой учебе – вы учитесь здесь 4 года, ни на что не отвлекаясь, сконцентрированы на иконе. Вас кормят, поют, укладывают спать. Вы ходите на службы и послушания, а это важно. Они приезжают на курсы несколько раз в году, кто как может себе позволить. Иногда жертвуют свой отпуск, так как в другое время работают. Вы учитесь там, где икона правильно православно почитается, и, соответственно, может быть правильно понимаема, что очень важно. Важно само благочестивое отношение к иконе и изображению вообще: Вы не будете бросать на пол фотографию иконы, ставить на нее банки с водой, садиться на нее, не станете выбрасывать в мусор (она сжигается), потому что знаете, что любое каноническое изображение связано со своим прототипом (оригиналом). Соответственно, вы по-другому относитесь и к написанию иконы. Иконописный образ является для нас неотъемлемой частью православного богослужения. В Западной церкви икона — это произведение искусства. Икона никак не вписана в богослужение, изображение на ней является иллюстрацией или художественным оформлением пространства храма. Есть отдельные местные формы почитания икон (Богоматерь, Святой Лука в Болонье, например), но это скорее благочестивое отношение как к реликвии — в каждом частном случае. Конечно, на курсах им все это разъясняется, и они стараются зто понять, но, как ни странно, это не просто. 

— Приезжая на курсы, замечаете ли Вы рост техники у своих учеников? Как Вам их результаты на сегодняшний день? 

— Да, техника растет. Тот, кто ставит себе цели, тот и растет. Там есть хорошие мастера, но конечно не стоит их идеализировать, бездельников везде хватает.

— На Ваш взгляд, какой уровень техники иконописи в Италии? 

— Уровень разный. Есть высокий, есть не очень. Бывает по-разному. Например, приходят домохозяйки, которые искренне любят иконопись и хотят этим заняться. Это женщины в возрасте, которые рисовать собственно никогда и не учились. Они занимаются медленно, постепенно чему-то учатся. Конечно, мы никому не отказываем. Часто интерес связан с воцерковленностью человека, с его духовными поисками, но бывает и наоборот – привлекла красота иконы, и вот человек пытается постичь ее и открывает для себя Церковь. Многие сначала идут на курсы для начинающих, и если кто-то достигает хорошего уровня, то может и на более продвинутые курсы попасть. Но у всех идет свой личный процесс. Тот человек, который постоянно занимается, тот, конечно, и в технике растет. Если сравнивать обучение здесь в иконописной школе с результатом за такой же период у студентов в Италии, то у вас, конечно, возможностей больше и учитесь вы лучше и быстрее. 

— Все наши студенты мечтают иметь материалы из Италии, например, лаки, золото, пигменты. Это правда, что они лучше? 

— Ученики в Италии мечтают обо всем русском. Следует развеять этот миф. Что-то лучше здесь, что-то там…. 

— И последний вопрос. Что, собственно, побудило Вас заниматься преподаванием? 

— Не было такого, чтобы я сидел и думал преподавать или не преподавать. Это было естественно. В то время я уже имел некий опыт иконописания. Это был 1989 год. Школа только начинала развиваться, преподавателей не хватало. 

— Вы пришли преподавать в школу по своей инициативе, будучи свободным иконописцем? 

— Нет, я пришел сюда учиться. Это был 1989 год, и преподавали Сергей Голубев и Николай и Наталья Богдановы. Богдановы как раз заканчивали обучение реставрации в Академии художеств и проходили стажировку у С. Голубева в реставрационной мастерской Русского Музея. Вообще, я очень много занимался сам и пришел в школу, имея уже некоторый опыт. Я учился у Николая и Натальи один год, старался впитывать все как губка. В то время я много ездил: побывал в Псково-Печерском монастыре, работал на горке у отца Зинона, ездил в Нью- Йорк, жил там в Свято-Владимирской семинарии, написал несколько икон. Через некоторое время Николай и Наталья перестали преподавать, а поскольку преподавать было некому, то я попробовал себя в этом деле. Несколько позже, мы организовали мастерскую при СПбДАиС для написания первого после советского периода иконостаса, предназначенного для колонии строго режима в пос. Металлострой. Его мы писали совместно с Н.Н. Богдановыми. Наша мастерская просуществовала до 1994 года. 

А в иконописном отделении при СПбПДА, я начал преподавать на второй год после ее открытия в1998 году.

Мельник Яна

 

  • Опубликовано: 5 лет тому назад 21.10.2014
  • Рубрика: Публикации